Видение видений: Господь открывает Свою космическую формуПарамаханса Йогананда
Арджуна просит увидеть Бога таким, каков Он есть, — и Кришна дарует ему божественное око. Перед учеником раскрывается вселенская форма Господа, ярче тысячи солнц: всё творение, все боги и само Время-разрушитель. Потрясённый Арджуна молится, и Господь вновь принимает Свой мягкий человеческий облик.
- ~32 мин чтения
- Бесплатно
- Текст или живая книга
Глава 11Видение видений: Господь открывает Свою космическую форму
До этого момента Арджуна принимал на веру священные откровения, но теперь он достиг цели йоги — непосредственного переживания Божества.
Эти стихи из «Бхагавад-гиты» представляют собой несравненную оду Вселенской Форме Духа, хвалебную песнь во славу Божества со Сновиденческим Космическим Телом, заключённого в лишённом стен храме Бесконечности. Огромные вселенные и их мельчайшие частицы, величественные боги природы и самые ничтожные из созданий, игра теней — добро и зло — всё это занимает своё место в строении Космического Образа.
Эти стихи часто поют на богослужениях в Индии. Их вибрационное благословение, когда они правильно произносятся на санскрите, вызывает в восприимчивом преданном трепет знания и пробуждает дремлющие воспоминания об осознании истины, хранимые в священной безопасности во внутреннем святилище души.
Видение видений: Господь открывает Свою космическую форму
Стихи 1–4
арджуна ува̄ча
мад-ануграха̄йа парамам̇ гухйам адхйа̄тма-сам̇джн̃итам
йат твайоктам̇ вачас тена мохо йам̇ вигато мама (1)
бхава̄пйайау хи бхӯта̄на̄м̇ ш́рутау вистараш́о майа̄
тваттах̣ камала-патра̄кша ма̄ха̄тмйам апи ча̄вйайам (2)
эвам этад йатха̄ттха твам а̄тма̄нам̇ парамеш́вара
драшт̣ум иччха̄ми те рӯпам аиш́варам̇ пурушоттама (3)
манйасе йади тач чхакйам̇ майа̄ драшт̣ум ити прабхо
йогеш́вара тато ме твам̇ дарш́айа̄тма̄нам авйайам (4)
Арджуна сказал:
(1) Ты сострадательно открыл мне тайную мудрость истинного «Я» и тем изгнал моё заблуждение.
(2) О Лотосоокий (Кришна)! Ты много рассказывал мне о начале и конце всех существ и о Твоём вечном владычестве.
(3) О Великий! Воистину, Ты таков, каким Себя возвестил. И всё же, о Пурушоттама, я жажду узреть Тебя в Твоём божественном облике (Твоей форме Ишвары).
(4) О Учитель, о Владыка йоги! Если Ты считаешь, что я способен это узреть, яви мне Своё бесконечное «Я»!
Комментарий
Индуистские писания содержат тысячи имён Бога, каждое из которых несёт в себе особый оттенок философского смысла. Пурушоттама (XI:3), или «Высший Дух», — это имя Божества в Его высшем аспекте: Непроявленного Господа за пределами творения. Ишвара (XI:3) — это Бог в Его аспекте Космического Правителя (от глагольного корня иш — «править»). Ишвара — это Тот, по Чьей воле все вселенные в упорядоченных циклах создаются, поддерживаются и растворяются.
Хотя Арджуна всецело принимает истину о Господе как Пурушоттаме, его человеческое сердце жаждет увидеть Его как Ишвару, Божественного Правителя, Чьё тело — вселенная.
Стихи 5–7
ш́рӣ-бхагава̄н ува̄ча
паш́йа ме па̄ртха рӯпа̄н̣и ш́аташ́о тха сахасраш́ах̣
на̄на̄-видха̄ни дивйа̄ни на̄на̄-варн̣а̄кр̣тӣни ча (5)
паш́йа̄дитйа̄н васӯн рудра̄н аш́винау марутас татха̄
бахӯнй адр̣шт̣ а-пӯрва̄н̣и паш́йа̄ш́чарйа̄н̣и бха̄рата (6)
ихаика-стхам̇ джагат кр̣тснам̇ паш́йа̄дйа са-чара̄чарам
мама дехе гуд̣а̄кеш́а йач ча̄нйад драшт̣ум иччхаси (7)
Благословенный Господь сказал:
(5) Узри же, о сын Притхи (Арджуна), сотни и тысячи Моих божественных форм — разноцветных, всепроникающих!
(6) Вот Адитьи, Васу, Рудры, близнецы Ашвины, Маруты и многие чудеса, доселе невиданные!
(7) Здесь и сейчас, о Победитель Сна (Арджуна)! Узри, как едины в Моём космическом теле все миры, всё движущееся и неподвижное и всё, что ты желаешь увидеть.
Комментарий
Господь сказал: «Узри Меня, воплощённого как Космическое Божество в Храме Вездесущности — весь космос богов, людей и природы!»
И поскольку для преданного Бог — неиссякаемый Исполнитель Желаний, Он добавил: «Проси у Меня чего угодно! Всё, что ты пожелаешь увидеть, будь то прошлое, настоящее или будущее, предстанет перед тобой!»
Помня о своём обещании, Он исполняет невысказанную просьбу Арджуны: узнать исход предстоящей битвы на поле Курукшетры (стихи 15–34). Это знание Он прежде скрывал (см. стих 37). Теперь же Арджуна, очищенный смирением и преданностью, стал подходящим вместилищем для истины.
Стих 8
на ту ма̄м̇ ш́акйасе драшт̣ум аненаива сва-чакшуша̄
дивйам̇ дада̄ми те чакшух̣ паш́йа ме йогам аиш́варам
Но ты не можешь видеть Меня глазами смертного. Поэтому Я даю тебе божественное зрение. Узри Мою высшую силу йоги!
Комментарий
Два глаза физического тела человека приспособлены к созерцанию майи, мира двойственности: дня и ночи, рождения и смерти и так далее. Единое око во лбу1 — это «божественный взор», с помощью которого йог может воспринимать единство в многообразии. Теперь Господь пробуждает это око в Своём преданном. До этого момента Арджуна принимал на веру священные откровения, но теперь он достиг цели йоги — непосредственного переживания Божества.
Стих 9
сан̃джайа ува̄ча
эвам уктва̄ тато ра̄джан маха̄-йогеш́варо харих̣
дарш́айа̄м а̄са па̄ртха̄йа парамам̇ рӯпам аиш́варам
Санджая сказал (царю Дхритараштре):
Сказав это, Хари (Кришна), великий Владыка йоги, явил Арджуне Высший Облик — Космическую Форму Ишвары.
Комментарий
Господь не имеет формы, но в Своём аспекте Ишвары Он принимает любую форму. Благодаря Своей высшей йогической силе Непроявленное становится зримым чудом вселенной.
Хари, «Похититель сердец», — это имя, данное Шри Кришне как воплощению Вишну. В этой роли аватара Он удаляет зло майи из сердец восприимчивых преданных, и их очищенная преданность непрерывно изливается в поклонении Господу.
Стихи 10–14
анека-вактра-найанам анека̄дбхута-дарш́анам
анека-дивйа̄бхаран̣ам̇ дивйа̄некодйата̄йудхам (10)
дивйа-ма̄лйа̄мбара-дхарам̇ дивйа-гандха̄нулепанам
сарва̄ш́чарйа-майам̇ девам анантам̇ виш́вато-мукхам (11)
диви сӯрйа-сахасрасйа бхавед йугапад уттхита̄
йади бха̄х̣ садр̣ш́ӣ са̄ сйа̄д бха̄сас тасйа маха̄тманах̣ (12)
татраика-стхам̇ джагат кр̣тснам̇ правибхактам анекадха̄
апаш́йад дева-девасйа ш́арӣре па̄н̣д̣авас тада̄ (13)
татах̣ са висмайа̄вишт̣о хр̣шт̣ а-рома̄ дханан̃джайах̣
пран̣амйа ш́ираса̄ девам̇ кр̣та̄н̃джалир абха̄шата (14)
(10–11) Арджуна узрел многоликое чудесное присутствие Божества — Бесконечное в формах, сияющее во все стороны пространства, всемогущее, всепроникающее, облачённое в бесчисленные небесные одежды, гирлянды и украшения, с воздетым небесным оружием, благоухающее всеми дивными ароматами; Его уста и глаза были повсюду!
(12) Если бы в небе разом взошли тысячи солнц, их свет лишь отдалённо напомнил бы великолепие этого Всемогущего Существа!
(13) Так Арджуна созерцал всю вселенную со всеми её многообразными проявлениями, пребывающую в бесконечной форме Бога богов.
(14) Тогда обладатель богатства (Арджуна), поражённый изумлением, с вставшими дыбом волосами, сложив ладони в молитвенном жесте и в благоговейном трепете склонив голову перед Господом, обратился к Нему:
Видение видений
Стихи 15–34
арджуна ува̄ча
паш́йа̄ми дева̄м̇с тава дева дехе сарва̄м̇с татха̄ бхӯта-виш́еша-сан̇гха̄н
брахма̄н̣ам ӣш́ам̇ камала̄сана-стхам р̣шӣм̇ш́ ча сарва̄н урага̄м̇ш́ ча дивйа̄н (15)
анека-ба̄хӯдара-вактра-нетрам̇ паш́йа̄ми тва̄м̇ сарвато нанта-рӯпам
на̄нтам̇ на мадхйам̇ на пунас тава̄дим̇ паш́йа̄ми виш́веш́вара виш́ва-рӯпа (16)
кирӣт̣инам̇ гадинам̇ чакрин̣ам̇ ча теджо-ра̄ш́им̇ сарвато дӣптимантам
паш́йа̄ми тва̄м̇ дурнирӣкшйам̇ саманта̄д дӣпта̄нала̄рка-дйутим апрамейам (17)
твам акшарам̇ парамам̇ ведитавйам̇ твам асйа виш́васйа парам̇ нидха̄нам
твам авйайах̣ ш́а̄ш́вата-дхарма-гопта̄ сана̄танас твам̇ пурушо мато ме (18)
ана̄ди-мадхйа̄нтам ананта-вӣрйам ананта-ба̄хум̇ ш́аш́и-сӯрйа-нетрам
паш́йа̄ми тва̄м̇ дӣпта-хута̄ш́а-вактрам̇ сва-теджаса̄ виш́вам идам̇ тапантам (19)
дйа̄в а̄-пр̣тхивйор идам антарам̇ хи вйа̄птам̇ твайаикена диш́аш́ ча сарва̄х̣
др̣шт̣ва̄дбхутам̇ рӯпам уграм̇ таведам̇ лока-трайам̇ правйатхитам̇ маха̄тман (20)
амӣ хи тва̄м̇ сура-сан̇гха̄ виш́анти кечид бхӣта̄х̣ пра̄н̃джалайо гр̣н̣анти
свастӣтй уктва̄ махарши-сиддха-сан̇гха̄х̣ стуванти тва̄м̇ стутибхих̣ пушкала̄бхих̣ (21)
рудра̄дитйа̄ васаво йе ча са̄дхйа̄ виш́ве ш́винау маруташ́ чошмапа̄ш́ ча
гандхарва-йакша̄сура-сиддха-сан̇гха̄ вӣкшанте тва̄м̇ висмита̄ш́ чаива сарве (22)
рӯпам̇ махат те баху-вактра-нетрам̇ маха̄-ба̄хо баху-ба̄хӯру-па̄дам
бахӯдарам̇ баху-дам̇шт̣ра̄-кара̄лам̇ др̣шт̣ва̄ лока̄х̣ правйатхита̄с татха̄хам (23)
набхах̣-спр̣ш́ам̇ дӣптам анека-варн̣ам̇ вйа̄тта̄нанам̇ дӣпта-виш́а̄ла-нетрам
др̣шт̣ва̄ хи тва̄м̇ правйатхита̄нтар-а̄тма̄ дхр̣тим̇ на винда̄ми ш́амам̇ ча вишн̣о (24)
дам̇шт̣ра̄-кара̄ла̄ни ча те мукха̄ни др̣шт̣ваива ка̄ла̄нала-саннибха̄ни
диш́о на джа̄не на лабхе ча ш́арма прасӣда девеш́а джаган-нива̄са (25)
амӣ ча тва̄м̇ дхр̣тара̄шт̣расйа путра̄х̣ сарве сахаива̄вани-па̄ла-сан̇гхаих̣
бхӣшмо дрон̣ах̣ сӯта-путрас татха̄сау саха̄смадӣйаир апи йодха-мукхйаих̣ (26)
вактра̄н̣и те тварама̄н̣а̄ виш́анти дам̇шт̣ра̄-кара̄ла̄ни бхайа̄нака̄ни
кечид вилагна̄ даш́ана̄нтарешу сандр̣ш́йанте чӯрн̣итаир уттама̄н̇гаих̣ (27)
йатха̄ надӣна̄м̇ бахаво мбу-вега̄х̣ самудрам эва̄бхимукха̄ драванти
татха̄ тава̄мӣ нара-лока-вӣра̄ виш́анти вактра̄н̣й абхивиджваланти (28)
йатха̄ прадӣптам̇ джваланам̇ патан̇га̄ виш́анти на̄ш́а̄йа самр̣ддха-вега̄х̣
татхаива на̄ш́а̄йа виш́анти лока̄с тава̄пи вактра̄н̣и самр̣ддха-вега̄х̣ (29)
лелихйасе грасама̄нах̣ саманта̄л лока̄н самагра̄н ваданаир джваладбхих̣
теджобхир а̄пӯрйа джагат самаграм̇ бха̄сас тавогра̄х̣ пратапанти вишн̣о (30)
а̄кхйа̄хи ме ко бхава̄н угра-рӯпо намо сту те дева-вара прасӣда
виджн̃а̄тум иччха̄ми бхавантам а̄дйам̇ на хи праджа̄на̄ми тава правр̣ттим (31)
ш́рӣ-бхагава̄н ува̄ча
ка̄ло сми лока-кшайа-кр̣т правр̣ддхо лока̄н сама̄хартум иха правр̣ттах̣
р̣те пи тва̄м̇ на бхавишйанти сарве йе вастхита̄х̣ пратйанӣкешу йодха̄х̣ (32)
тасма̄т твам уттишт̣ха йаш́о лабхасва джитва̄ ш́атрӯн бхун̇кшва ра̄джйам̇
самр̣ддхам
майаиваите нихата̄х̣ пӯрвам эва нимитта-ма̄трам̇ бхава савйа-са̄чин (33)
дрон̣ам̇ ча бхӣшмам̇ ча джайадратхам̇ ча карн̣ам̇ татха̄нйа̄н апи йодха-вӣра̄н
майа̄ хата̄м̇с твам̇ джахи ма̄ вйатхишт̣ха̄ йудхйасва джета̄си ран̣е сапатна̄н (34)
Арджуна сказал:
Возлюбленный Господь, прославленный богами!
Смотри, Твоя вмещает форма
Всех обитателей телесных,
Богов любых, провидцев честных,
И духов, ангелов проворных.
Живя в таинственной пещере
Змея с разинутою пастью 2
Природной ненасытной страсти
Укрощена, послушна мере,
И смертью душу не разит…
Владыка Брахма там сидит
На лотосе, богами правит,
А те его порядок славят.
Господь миров, Чьё тело — космос!
Твои бесчисленные руки,
Из многих туловищ простёрты;
Смотрю в глаза голов несчётных,
Внимаю их устам и мыслям —
Всё ж здесь во тьме Твоё рожденье,
Конец и славное правленье.
Теперь неистовое пламя
Так ослепительно сияет.
Твоё сияющее Имя3
Распространяется повсюду —
До самых дальних сфер пространства.
Украшенный короной звёзд
И грозной палицей могучей,
Пылающим водоворотом,
С Твоим вращающимся диском,
Ты продвигаешься, о Феб,
Всё развивая, по дороге.
Бессмертный Брахма, Высочайший,
Убежище и мира Мудрость
И Вечный Охранитель Дхармы, —
Ты никогда не умираешь!
Бессмертный, Нерождённый, Бестелесный,
Я вижу Твои вечные труды
Глазами вечными и Солнца, и Луны,
И звёзд всегда сверкающих небесных;
Уста Твои дыхание огня4
Чрез Аум изливают на меня,
Как пульс, звучит святое Имя Бога,
Сияньем защищающее йога.
И даже в бесконечном удаленье
Теплом Ты согреваешь всё творенье.
Земли, небес Твоя Душа, Владыка,
И направлений всех, от мала до велика,
Собой жилища, сферы наполняет.
Три мира в страхе пред Тобой трепещут,
Чудесной Форме Бога рукоплещут.
В Тебе на сцену боги выступают,
Сложивши руки, помощь обретают,
Ища своё убежище в Тебе.
Великие пророки путь себе
Прокладывают в небесах успешно
И, повторяя слово «Мир» неспешно,
Тебе лишь одному свою любовь
Они все выражают вновь и вновь.
Одиннадцать светильников небес;
Двенадцать ярких солнц;
Восемь Васу, великих звёздных люстр;
Подвижники-отшельники; и боги —
Заступники, космических владык посланцы;
Могучие два бога-близнеца,
Давно прославленные доблестью, отвагой;
Вибраций силы двадцать девять,
Что держат вместе атом;
Благие духи ранее умерших;
Все домовые, полубоги, демоны-гиганты;
И сиддхи на пути духовном5
Дивятся Твоему сиянью.
Тебя я вижу, о Могучерукий!
С глазами звёзд, прекрасными ланитами,
С несчётными руками и ногами,
Украшенными лотосом ступнями.
Твой рот бездонный, с жуткими зубами,
Открыт, миры готовый проглотить.
И в радости и страхе, потрясённый,
Тебя узрев, не устаю любить!
Мне страшно видеть недра пустоты
Тобою лишь наполненные всюду —
Твой рот открытый и оттенки тела
Огнём сверкающего разными цветами.
О Вишну светлый, нарушен мой покой
От этого ужасного виденья!
Свирепые оскаленные зубы,
Во ртах Твоих гудящие огни, —
Смотря на них, теряю направленье!
О, смилуйся, мне покой не обрести
Иначе, о Космический Защитник,
Господь богов, молю, будь благосклонен!
Те дети чувств, гордыней обуяны,
И эго, и кармической привычкой,
Приманками мирскими — затаились
И ждут, чтобы наброситься на мудрость,
Её солдат простых и командиров.6
Но всё же все они вступают в состязанье,
Чтоб только обрести свою погибель
Во рту Твоём, разинутом ужасно,
Украшенном жестокими зубами.
Должны всё ж победивший с побеждённым
(Тобой рождённые — и праведник, и грешник)
Твоей любви усердно добиваться;
Хотя однажды пылью обратятся,
Заснув на общем кладбище Земли.
Расщеплённые черепа я вижу,
Что меж зубов Твоих ужасных оказались.
Подобно беспокойным водным волнам,
Стремящимся реками к океану,
Потоки героические жизни
Стекаются в Твой пенящийся рот —
Сверкающее пламенное море
С танцующими искорками жизни.
Как насекомые, потерянные, в пламя
Стремятся жадно, быстро, безрассудно,
Так страстные огни — сыны туманов —
Прикидываются лишь небесным светом
Твоим и побуждают смертных
На смерть идти толпой при звуке трубном.
Разинутой той пасти языки
Лакать стремятся яростную кровь
И слабого, и сильного бойца;
И в голоде Своём неутолимом
Ты, Лакомка, их всех потом глотаешь.
О Вишну, Ты и вправду поджигаешь
Миры всепроникающим огнём.
О Первый из богов, я знать желаю,
Кто Ты воистину, о Первосущий,
Столь пламенный и всё же столь благой!
Свою Ты волю мне сейчас поведай,
Её я всё не ведаю, Владыка.
Ответствовал тогда Господь Блаженный:
Замаскированный живу Я во вселенной.
Сокрытый Бесконечной Темнотой,
Я прихожу, как Время, на постой
Захватывать в горящую пучину
И женщину, и зверя, и мужчину
Из тех уж износившихся миров,
И их лечить от смерти Я готов,
Своим нектаром-жизнью наполняя.
Тебя вступить в сраженье призываю —
Твои враги погибнут всё равно;
Им это на роду предрешено —
Быть перемолотыми закона челюстями
(Или Моих служителей руками).
Восстань и пробудись! Ударь,
Собравши силы, по врагу,
И плоть безжалостно плени7,
Победно славу заслужив,
И Царство принеси небес
На Землю. И настанет мир.
Событья все известны Мне,
Что в рукаве хранит судьба.
Давным-давно твоих врагов
Обрёк Я смерти. Нужен ты,
Исполнить чтобы приговор
Своею мощною рукой.
Пойми теперь, помощник Мой:
Свои Я планы исполняю
Через других для всей вселенной.
Я свиту чувства8 истребляю
Через тебя и через время —
Моих солдат разумно-верных!
(Поэтический перевод А. Л. Кудлай)
Комментарий
Эти стихи из «Бхагавад-гиты» представляют собой несравненную оду вселенской форме Духа, хвалебную песнь во славу Космического Сновидческого Божества, заключённого в лишённом стен храме Бесконечности. Огромные вселенные и их мельчайшие частицы, величественные боги природы и самые ничтожные из созданий, игра теней — добро и зло — всё это занимает своё место в строении Космического Образа. Эти стихи часто поют на богослужениях в Индии. Их вибрационное благословение, когда они правильно произносятся на санскрите, вызывает в восприимчивом преданном трепет знания и пробуждает дремлющие воспоминания об осознании истины, хранимые в священной безопасности во внутреннем святилище души.
Через врата этой хвалебной песни я часто входил в Космический Храм, чтобы поклониться у алтаря Проявленного Господа. Много лет назад, после одного такого переживания космического сознания, я написал «Видение видений» — лирическое переложение этих стихов, в которое вплетено толкование их смысла. Я привёл здесь это толкование, а не более ограниченный буквальный перевод каждого стиха, поскольку убеждён, что особое движение чувства, присущее поэзии, лучше всего передаёт красноречие этого священного санскритского песнопения.
Дух — блаженное сознание Непроявленного Абсолюта, непостижимое для ограниченных умов, — вращает в бесконечно малой частице Своего космического сознания вселенскую форму — сон Бытия. Каждая составляющая вселенского творения есть индивидуализированное Космическое Сознание, объединённое со всеми другими проявлениями узами природы и Космического Закона. Бог как Высший Сновидец природы и Бог в образе индивидуализированных ограниченных разумов, подчинённых природе, — от богов до людей — совместно творят все события вселенской драмы через действие Космического Закона.
Человеческое сознание сбито с толку и не в силах примирить благой и разрушительный аспекты Господа, Который, с одной стороны, дарует человеку и миру добро и красоту, а с другой — несёт смерть и разрушение. Но если Дух вездесущ и составляет сущность всего сущего, то ничто не может быть вне Него. Так говорит Бог и в Библии: «Я Господь, и нет другого, нет Бога, кроме Меня; Я препоясал тебя (облёк тебя твоими силами и атрибутами), хотя ты и не познал Меня… Я создаю свет и создаю тьму; Я создаю мир и создаю зло; Я, Господь, делаю всё это».9
Двойственность добра и зла, радости и печали, жизни и смерти существует не для того, чтобы причинить кому-то боль или доставить удовольствие, а для того, чтобы дать детям Господа бесконечные возможности пережить космическую драму и, правильно участвуя в ней, подняться до всё более высоких состояний мудрости и свободы.
Господь — единственная Реальность; космическая драма — Его сон. Ценность любой двойственности определяется её конечным итогом. Смертные поднимают шум и крик потому, что их сознание недальновидно: оно забывает о причинах и не ведает о конечном исходе. Видение Арджуны показывает действие великого космического закона, увиденного не глазами творений, а глазами Самого Господа. Его замысел неподвластен сомнениям и оправданиям конечного ума. Для Господа отнятие жизни не означает отсутствия благости, а дарование жизни — её присутствия. В действительности жизнь и смерть и все заключённые в них переживания — лишь формы перемен, которые совершаются по Его космическому закону и ведут космос со всеми его индивидуумами ко всё более высоким ступеням развития. От каждого человека ожидается, что он будет исполнять свой долг непривязанно, сознавая, что он не несчастная жертва, а разумный посредник Единого Бесконечного Существа.
Человек начинает возвращать себе врождённую божественную природу прежде всего тогда, когда видит и почитает Творца в благости, красоте и гармонии окружающего мира. По мере того как его понимание всё глубже проникает в суть всех проявлений, он признаёт необъяснимое Нечто их Источником и Сущностью. Заглянув в самое Сердце Реальности, он интуитивно постигает высшее благо истины: Бог есть всё, даже те противоположности, которые, казалось бы, Его не являют, — точно так же, как ни один образ сна, ни прекрасный, ни кошмарный, не может быть отделён от сновидца. Однако такое всеобъемлющее представление недоступно даже расширившемуся пониманию преданного. Подобно Арджуне, он слышит слова, описывающие Всевышнего, но, пока у него нет опыта Космического Сознания, с которым он мог бы их соотнести, эти слова лишены для него реальности.
Бхагаван Кришна говорит Арджуне (12:5): «Труден путь к Абсолюту для воплощённых существ». Какой смертный способен познать непознаваемое или воспринять неощутимое? Человеку легче представить себе личного, имманентного Бога, Который во сне явил Себя в этой вселенной определённых форм. Поклонение Богу как личности (в одном из Его многочисленных аспектов или в лице Его божественных посланников, таких как Кришна или Христос, которые наставляют заблудшее человечество и ходатайствуют за него) легко, полезно и даже необходимо для начинающего. Господу важна подлинная преданность Его почитателя, какое бы истинное представление ни порождало поклонение. Преданный, постигший личного Бога в форме, в конце концов постигнет Его и как Вездесущую Бесформенную Бесконечность.
Своими двумя физическими глазами Арджуна видел своего божественного гуру Кришну, стоящего перед ним на поле Курукшетры. Тогда Шри Кришна открыл всевидящее духовное око Арджуны. Единый с космическим сознанием Духа, Кришна передал своё вездесущее видение Арджуне, которого духовное развитие подготовило к пробуждающему прикосновению — посвящению Гуру в Богосознание. Именно тогда Арджуна увидел, как сама форма Кришны преобразилась во всемогущий образ, являющий единство сознания Кришны с Бесконечным. Арджуна видел всю астральную и физическую вселенные в образе тела космического Божества, развернувшегося из причинных вселенских снов Бога как Ишвары — Верховного Существа, Абсолюта, ставшего Богом-Отцом творения. Видение было одновременно дивно возвышенным и устрашающе грозным: сотворение, сохранение и растворение непрерывно и последовательно бурлили в вездесущем благословенном свете Духа. Добрые, привлекательные формы внутри Космического Божества представляют созидательные и охранительные силы природы. Ужасные аспекты (пожирание миров и существ) выражают растворяющую силу в творении, благодаря которой все двойственности, уродливые в сравнении с исключительной бесконечной чистотой, поглощаются и извергаются вновь и вновь, чтобы в конце концов преобразиться в Божественную Сущность, из которой они произошли.
Призывая Арджуну — олицетворение преданного — безоговорочно исполнить свой божественный долг в высших космических делах, Вселенский Господь увещевает его: «Встань, пробудись… Ты — Мой преданный; вот как Я осуществляю Свои замыслы — вселенную — с помощью разнообразных орудий!» Пробуждённый человек ощущает себя уже не соперником Бога, а Его партнёром.
Стихи 35–42
сан̃джайа ува̄ча
этач чхрутва̄ вачанам̇ кеш́авасйа кр̣та̄н̃джалир вепама̄нах̣ кирӣт̣ӣ
намаскр̣тва̄ бхӯйа эва̄ха кр̣шн̣ам̇ са-гадгадам̇ бхӣта-бхӣтах̣ пран̣амйа (35)
арджуна ува̄ча
стха̄не хр̣шӣкеш́а тава пракӣртйа̄ джагат прахр̣шйатй анураджйате ча
ракша̄м̇си бхӣта̄ни диш́о драванти сарве намасйанти ча сиддха-сан̇гха̄х̣ (36)
касма̄ч ча те на намеран маха̄тман гарӣйасе брахман̣о пй а̄ди-картре
ананта девеш́а джаган-нива̄са твам акшарам̇ сад-асат тат парам̇ йат (37)
твам а̄ди-девах̣ пурушах̣ пура̄н̣ас твам асйа виш́васйа парам̇ нидха̄нам
ветта̄си ведйам̇ ча парам̇ ча дха̄ма твайа̄ татам̇ виш́вам ананта-рӯпа (38)
ва̄йур йамо гнир варун̣ах̣ ш́аш́а̄н̇ках̣ праджа̄патис твам̇ прапита̄махаш́ ча
намо намас те сту сахасра-кр̣твах̣ пунаш́ ча бхӯйо пи намо намас те (39)
намах̣ пураста̄д атха пр̣шт̣хатас те намо сту те сарвата эва сарва
ананта-вӣрйа̄мита-викрамас твам̇ сарвам̇ сама̄пноши тато си сарвах̣ (40)
сакхети матва̄ прасабхам̇ йад уктам̇ хе кр̣шн̣а хе йа̄дава хе сакхети
аджа̄ната̄ махима̄нам̇ таведам̇ майа̄ прама̄да̄т пран̣айена ва̄пи (41)
йач ча̄ваха̄са̄ртхам асат-кр̣то си виха̄ра-ш́аййа̄сана-бходжанешу
эко тха ва̄пй ачйута тат-самакшам̇ тат кша̄майе тва̄м ахам апрамейам (42)
Санджая сказал (царю Дхритараштре):
(35) Услышав слова Кешавы (Кришны, превосходящего майю), увенчанный (Арджуна, окружённый ореолом космического видения), трепеща в благоговении, сложил ладони в проникновенной молитве, вновь и вновь смиренно поклонился и дрожащим голосом обратился к Кришне.
Арджуна сказал:
(36) О Хришикеша (Кришна)! По праву миры гордятся и радуются, воспевая Твою славу! Демоны в ужасе ищут спасения вдали, а сонмы сиддхов (совершенных существ) склоняются, чтобы поклониться Тебе.
(37) И как им не воздавать Тебе почести, о Великий Дух? Ведь Ты больше, чем Брахма-Творец, вышедший из Тебя. О Бесконечный, о Бог богов, о Прибежище вселенной, Ты — Нетленное, Проявленное и Непроявленное и То, что за их пределами (Высшая Тайна). (38) Ты — Предвечный Бог! Первозданный Дух, Последнее Прибежище миров, Познающий и Познаваемое, Высшая Реализация! Твоя Вездесущность сияет во вселенной, о Ты, обладающий Неисчерпаемой Формой!
(39) О текучая жизнь космических течений (Вайю), о царь смерти (Яма), о бог огня (Агни), о владыка моря и неба (Варуна), о владыка ночи (Луна), о Божественный Отец бесчисленного потомства (Праджапати), о Прародитель всего! Хвала Тебе, хвала без конца! Тебе мои тысячекратные приветствия!
(40) О Бесконечная Мощь, о Непобедимая Всеведущая Вездесущность, о Всё-во-Всём! Я кланяюсь Тебе спереди и сзади, я кланяюсь Тебе слева и справа, я кланяюсь Тебе сверху и снизу, я кланяюсь Тебе, окружающему меня повсюду!
(41) Не ведая этой Твоей космической славы и видя в Тебе лишь близкого спутника, я часто дерзко называл Тебя «другом», «Кришной» и «Ядавой».10 За все такие слова, сказанные по небрежности или от любви,
(42) и за всякую непочтительность, которую я проявлял к Тебе, о Непоколебимый Господь, в беспечном настроении — за едой или на прогулке, сидя или отдыхая, наедине с Тобой или при других, — за все эти невольные обиды, о Безграничный, я прошу у Тебя прощения!
Комментарий
Стихи 41–42 символически изображают состояние ума преданного после первого опыта Космического Сознания, пришедшего с пробуждением его «божественного ока». Теперь он упрекает себя за свою прежнюю слепоту к вездесущности Бога.
«С какой готовностью я принимал мир как должное, не думая о его источнике! — скорбит он. — Я был чувствителен к творению, но как бесчувствен к его Создателю! Я не знал, что только благодаря Его силе я ел, ходил, говорил, наблюдал, рассуждал и молился. Какой атом вообще может существовать сам по себе? Прости мою прошлую беспечность и неблагодарное безразличие к Тебе, о Молчаливый Свидетель всякой мысли и всякого поступка, о Непоколебимый Хранитель всего!»
Стих 43
пита̄си локасйа чара̄чарасйа твам асйа пӯджйаш́ ча гурур гарӣйа̄н
на тват-само стй абхйадхиках̣ куто нйо лока-трайе пй апратима-прабха̄ва
Ты — Отец всего сущего, одушевлённого и неодушевлённого. Никто, кроме Тебя, не достоин поклонения, о Возвышенный Гуру! Тебе нет равных в трёх мирах — кто же может превзойти Тебя, о Владыка Несравненной Силы?
Комментарий
Библия излагает ту же мысль так: «Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства. У тебя не будет других богов передо Мной. Не делай себе никакого изображения или подобия того, что на небе вверху, или того, что на земле внизу, или того, что в воде под землёй; не кланяйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог Ревнитель».11
Человек по сути своей Дух; он неверно понимает своё истинное бытие, если ищет воплощения в любом из трёх миров (физическом — «земле»; астральном — «воде под землёй», то есть обширной астральной оболочке из световых волн, окутывающей материальный космос; и каузальном — «небе вверху»). До тех пор, пока он «склоняется» перед соблазнами сотворённой или феноменальной вселенной, он остаётся идолопоклонником, чтущим «изображения», последователем ложных учений, язычником, не знающим Единого Истинного Бога.
Только отождествляя свою душу с Нетварным, Чистым и Вечно Незапятнанным Духом, человек может освободиться от потока творения — «Египта», тьмы, заблуждения, «дома рабства».
От тех, кто не ищет для себя Господа, Высшую Истину, а довольствуется Его «неправдой» (мирами, «нереальными», потому что преходящими), Он отворачивается, «ревниво» не терпя никакого изъяна в правильном восприятии Своего преданного.
Человек, знающий, что Бог не имеет Себе равных, не будет поклоняться никому, кроме Него. Он не будет служить никакой вторичной цели; его цель — Изначальное Единое.
Стихи 44–55
тасма̄т пран̣амйа пран̣идха̄йа ка̄йам̇ праса̄дайе тва̄м ахам ӣш́ам ӣд̣йам
питева путрасйа сакхева сакхйух̣ прийах̣ прийа̄йа̄рхаси дева сод̣хум (44)
адр̣шт̣ а-пӯрвам̇ хр̣шито сми др̣шт̣ва̄ бхайена ча правйатхитам̇ мано ме
тад эва ме дарш́айа дева рӯпам̇ прасӣда девеш́а джаган-нива̄са (45)
кирӣт̣инам̇ гадинам̇ чакра-хастам иччха̄ми тва̄м̇ драшт̣ум ахам̇ татхаива
тенаива рӯпен̣а чатур-бхуджена сахасра-ба̄хо бхава виш́ва-мӯрте (46)
ш́рӣ-бхагава̄н ува̄ча
майа̄ прасаннена тава̄рджунедам̇ рӯпам̇ парам̇ дарш́итам а̄тма-йога̄т
теджо-майам̇ виш́вам анантам а̄дйам̇ йан ме твад анйена на др̣шт̣ а-пӯрвам (47)
на веда-йаджн̃а̄дхйайанаир на да̄наир на ча крийа̄бхир на тапобхир уграих̣
эвам̇-рӯпах̣ ш́акйа ахам̇ нр̣-локе драшт̣ум̇ твад анйена куру-правӣра (48)
ма̄ те вйатха̄ ма̄ ча вимӯд̣ха-бха̄во др̣шт̣ва̄ рӯпам̇ гхорам ӣдр̣н̇ мамедам
вйапета-бхӣх̣ прӣта-мана̄х̣ пунас твам̇ тад эва ме рӯпам идам̇ прапаш́йа (49)
сан̃джайа ува̄ча
итй арджунам̇ ва̄судевас татхоктва̄ свакам̇ рӯпам̇ дарш́айа̄м а̄са бхӯйах̣
а̄ш́ва̄сайа̄м а̄са ча бхӣтам энам̇ бхӯтва̄ пунах̣ саумйа-вапур маха̄тма̄ (50)
арджуна ува̄ча
др̣шт̣ведам̇ ма̄нушам̇ рӯпам̇ тава саумйам̇ джана̄рдана
ида̄нӣм асми сам̇вр̣ттах̣ са-чета̄х̣ пракр̣тим̇ гатах̣ (51)
ш́рӣ-бхагава̄н ува̄ча
су-дурдарш́ам идам̇ рӯпам̇ др̣шт̣ава̄н аси йан мама
дева̄ апй асйа рӯпасйа нитйам̇ дарш́ана-ка̄н̇кшин̣ах̣ (52)
на̄хам̇ ведаир на тапаса̄ на да̄нена на чеджйайа̄
ш́акйа эвам̇-видхо драшт̣ум̇ др̣шт̣ава̄н аси ма̄м̇ йатха̄ (53)
бхактйа̄ тв ананйайа̄ ш́акйа ахам эвам̇-видхо рджуна
джн̃а̄тум̇ драшт̣ум̇ ча таттвена правешт̣ум̇ ча парантапа (54)
мат-карма-кр̣н мат-парамо мад-бхактах̣ сан̇га-варджитах̣
нирваирах̣ сарва-бхӯтешу йах̣ са ма̄м эти па̄н̣д̣ава (55)
(44) Поэтому, о Возлюбленный, я простираюсь у Твоих стоп и молю Тебя о прощении. Как отец — сына, как друг — близкого друга, как любящий — возлюбленную, прости меня, Господи!
(45) Я вне себя от радости, что увидел невиданное прежде видение, и всё же мой ум не свободен от ужаса. Будь милостив ко мне, о Господь богов, о Прибежище миров! Покажи мне только Твою форму Дэвы (доброго Вишну).
(46) Я жажду увидеть Тебя таким же, как прежде, — четырёхруким Вишну в диадеме, с булавой и диском в руках. Явись вновь в том же облике, о Ты, Тысячерукий и Вселенский!
Благословенный Господь сказал:
(47) По Своей милости силой Своей йоги Я открыл это тебе, о Арджуна, — и никому другому! Это Моя высшая, первозданная форма — сияющий и бесконечный Космос!
(48) Никто из смертных, кроме тебя, о великий герой Куру, не способен узреть Мой Вселенский Облик: ни жертвоприношениями, ни благотворительностью, ни трудами, ни суровой аскезой, ни изучением Вед не достичь этого видения.
(49) Не страшись и не смущайся, видя Мой ужасный облик. Отбрось страх и с ликующим сердцем узри вновь Мой знакомый облик!
Санджая сказал (царю Дхритараштре):
(50) Сказав так, Васудева («Владыка мира») вновь принял Свой облик Кришны. Великодушный, явившись Арджуне в образе Милости, Он утешил Своего охваченного страхом преданного.
Арджуна сказал:
(51) О Податель всех желаний (Кришна)! Когда я снова вижу Тебя в кротком человеческом облике, мой ум успокаивается, и я вновь прихожу в себя.
Благословенный Господь сказал:
(52) Очень трудно узреть то, что узрел ты, — это вселенское видение! Даже боги всегда жаждут увидеть его.
(53–54) Но оно не открывается ни через покаяние, ни через знание священных писаний, ни через дарение даров, ни через обрядовое поклонение. О сокрушитель врагов-чувств (Арджуна)! Лишь благодаря безраздельной преданности (соединяя йогой все мысли в Едином Божественном Восприятии) Меня можно увидеть таким, каким ты видел Меня в Моей Космической Форме, познать в реальности и, наконец, объять в Единстве!
(55) Тот, кто трудится только для Меня, кто делает Меня своей целью, кто с любовью отдаёт себя Мне, кто не привязан (к Моим иллюзорным мирам космических грёз), кто ни к кому не питает злобы (созерцая Меня во всём), — тот входит в Моё существование, о Арджуна!
аум тат сат ити ш́римад-бхагавад-гӣта̄су упанишатсу
брахмавидйа̄йа̄м йогаша̄стре ш́рӣкр̣шн̣ а̄рджунасам̇ва̄де
вишварӯпадаршанайого на̄маика̄дашо ‘дхйа̄йах̣
Аум, Тат, Сат.
В Упанишаде святой Бхагавад-гиты — беседе Господа Кришны с Арджуной, священном писании йоги и науке о постижении Бога, — это одиннадцатая глава, называемая «Вишварупа-даршана-йога» („Видение вселенской формы“).
Ты не можешь видеть Меня глазами смертного. Поэтому Я даю тебе божественное зрение. Узри Мою высшую силу йоги!
Санджая сказал царю Дхритараштре:
С этими словами Хари (Кришна), великий Господь йоги, открыл Арджуне Совершенное Воплощение, Космическую Форму Ишвары.
Арджуна увидел многообразное чудесное Присутствие Божества — бесконечное в формах, сияющее во всех направлениях пространства, всемогущее, всепроникающее, украшенное бесчисленными небесными одеждами, гирляндами и украшениями, поднимающее небесное оружие, благоухающее всеми прекрасными ароматами, — и уста и очи Его были повсюду!
Если бы в небе одновременно появились тысячи солнц, их свет лишь отдалённо напоминал бы великолепие этого Всемогущего Существа!
И вот в бесконечной Форме Бога богов Арджуна созерцал всю Вселенную во всём многообразии её проявлений.
Благословенный Господь сказал:
Очень трудно узреть то, что ты видишь сейчас, — это вселенское видение! Даже боги всегда жаждут увидеть его.
Но оно не открывается ни через покаяние, ни через знание священных писаний, ни через дарение даров, ни через обрядовое поклонение. О сокрушитель врагов-чувств (Арджуна)! Лишь благодаря безраздельной преданности (соединяя йогой все мысли в Едином Божественном Восприятии) Меня можно увидеть таким, каким ты видел Меня в Моей Космической Форме, познать в Реальности и, наконец, объять в Единстве!
Тот, кто трудится только для Меня, кто делает Меня своей целью, кто с любовью отдаёт себя Мне, кто не привязан (к Моим иллюзорным мирам космических грёз), кто ни к кому не питает злобы (созерцая Меня во всём), — тот входит в Моё существование, о Арджуна!
- См. стих 13. ↩
- Ураган дивьян — «небесные змеи»: имеются в виду творческие силы, берущие начало в кундалини — свёрнутой в спираль жизненной энергии в нижнем центре позвоночника. Когда она течёт вниз и вовне, в тело, она оживляет чувственные способности; когда же она «укрощена» и поднята к высшим центрам духовного восприятия, она дарует просветление. ↩
- Космический вибрирующий свет Аум, Святого «Имени» Бога. ↩
- Хуташа — «огонь»; вактра — «рот, органы речи», от вач — «голос, речь». ↩
- «Одиннадцать светильников» — Рудры. «Двенадцать солнц» — Адитьи. «Восемь… звёздных люстр» — Васу. «Устремлённые отшельники» — Вишвадевы (благочестивые существа, почитаемые за свою аскезу в Гималаях). «Боги-заступники» — Садхьи (разряд младших божеств). «Принцы-близнецы» — Ашвины («врачеватели небес», божества утренних сумерек, предвещающие рассвет и потому олицетворяющие смешение света и тьмы, то есть двойственность; по преданию, они были отцами принцев-Пандавов Сахадевы и Накулы). «Два десятка и девять ветров» — Маруты. «Давно ушедшие духи-хранители» — Маны (Ушмапы). «Духи, полубоги, демоны-гиганты» — соответственно якши, гандхарвы, асуры. «Могущественные на пути Духа» — сиддхи («совершенные»). ↩
- «Сыны чувств» — отпрыски царя Куру Дхритараштры (символически — слепого чувственного ума с его сотней чувственных наклонностей, движимых материальным желанием); «эго» — Бхишма; «кармическая привычка» — Дрона; «мирская приманка» — Карна (материальное влечение и привязанность). «Вожди мудрости» — Пандавы (символически — божественные различающие силы). См. разбор аллегории Куру и Пандавов в главе I («Уныние Арджуны»). ↩
- Отсылка к битве на Курукшетре как аллегории войны между силами добра и зла — не только в макрокосме, но и в теле и сознании человека. ↩
- «Свита чувств» — Дрона, Бхишма, Джаядратха (привязанность к смертному существованию), Карна и другие. См. аллегорию в главе I («Уныние Арджуны»). ↩
- Исаия, 45:5, 7. ↩
- Ядава — «потомок Яду», родоначальника прославленного рода кшатриев Ядавов. Отец Кришны, Васудева, был Ядавом и братом матери трёх старших принцев-Пандавов. Поэтому Кришна приходился Арджуне двоюродным братом. ↩
- Исход, 20:2–5. ↩