Изгнание менял из храмаПарамаханса Йогананда

Беседа 12Изгнание менял из храма

Когда решительное поведение является праведным ответом на беззаконие

Кротость — это не слабость. Истинный образец мира укоренён в своём божественном «Я». Все действия, проистекающие из этого состояния, наполнены несравненной вибрационной силой души — исходят ли они в виде спокойного повеления или могучего волевого акта. Непонимающие умы могут критиковать поступок Иисуса, выступившего с бичом против храмовых торгашей, усматривая в этом противоречие его же учению: «Не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую».² Решительное применение кнута для изгнания торговцев и менял из дома молитвы может показаться не вполне согласующимся с распространённым кротким, агнчим образом Иисуса, проповедовавшего терпение и любовь. Однако поступки божественных личностей порой намеренно поражают воображение, чтобы встряхнуть самодовольные умы и вывести их из бессодержательного приятия обыденности. Верное чувство духовной уместности в мире относительности требует живого ума и непоколебимой мудрости. Правильный образ действий не всегда очевиден догматикам, цитирующим Писание, чья буквальная зависимость от негибких предписаний порой воздаёт должное букве, а не духу действенной духовности.³

Иисус откликнулся на нетерпимую ситуацию не из эмоционального порыва к гневу, а из божественного, праведного негодования, исполненного благоговения перед имманентным присутствием Бога в Его святом месте поклонения. Внутренне Иисус не поддался гневу. Великие сыны Божьи обладают качествами и свойствами вечно безмятежного Духа. Благодаря совершенному самообладанию и божественному союзу они овладели всеми тонкостями духовной дисциплины. Такие мастера полно и сочувственно участвуют в делах человеческих, сохраняя при этом трансцендентную свободу души от иллюзий гнева, алчности или любой иной формы рабства у чувств. Дух проявляет Себя в творении через множество возвышающих, побуждающих к действию и омрачающих сил, но в то же время неизменно пребывает в Несотворённом Блаженстве за пределами кипящих вибраций космоса. Подобным же образом освобождённые сыны Господа действуют целеустремлённо и эффективно в этом мире относительности, принимая любое качество, необходимое для исполнения Божественной Воли, не отклоняясь от внутреннего созвучия с невозмутимым покоем, любовью и блаженством Духа.

Кротость божественных личностей необычайно сильна благодаря бесконечной мощи, стоящей за их мягкостью. Они могут прибегать к этой силе в выразительном, решительном действе, чтобы вразумить тех, кто упорно невосприимчив к более тонким вибрациям. Подобно тому как любящий отец порой вынужден прибегнуть к строгой дисциплине, чтобы удержать своего ребёнка от пагубных поступков, Иисус явил духовный гнев, чтобы отвратить этих взрослых детей Божьих от невежественного осквернения, последствия которого неминуемо причинили бы духовный вред им самим, равно как и святости храма Божьего.

Действия, направляемые свыше, могут требовать необычайных средств для исправления зла, однако они никогда не приводятся в движение слепой яростью. Бхагавад-гита, почитаемое индуистское Писание, учит, что гнев есть зло, окутывающее человека заблуждением, которое затемняет различающий разум, что неизбежно ведёт к разрушению праведного поведения.⁴

Если бы Иисусом двигала подлинная вспышка гнева, он мог бы употребить свою божественную силу, чтобы начисто уничтожить этих осквернителей. Своей небольшой связкой верёвок он не смог бы никого серьёзно поранить. На самом деле торговцев и менял обратила в бегство не плётка, а вибрация колоссальной духовной силы, проявившаяся через его личность. С ним пребывал Дух Божий — неодолимая мощь, заставившая толпу крепких мужчин бежать перед пронзительно убедительной вибрацией единого образца кротости.

Духовность не терпит бесхребетности. Человек всегда должен обладать нравственным мужеством и твёрдостью духа, чтобы проявить силу, когда того требует случай. Это прекрасно иллюстрирует старинная индийская притча.

Кротость не означает позволять попирать себя

Однажды на каменистом холме на окраине деревни жила злобная кобра. Эта змея крайне не выносила любого шума возле своего логова и без колебаний нападала на деревенских детей, которые тревожили её своими играми поблизости. Случилось немало смертей. Жители деревни изо всех сил пытались убить ядовитую рептилию, но безуспешно. Наконец они все вместе отправились к святому отшельнику, жившему неподалёку, и попросили его применить свои духовные силы, чтобы положить конец смертоносным деяниям змеи.

Тронутый искренними мольбами сельчан, отшельник направился к логову кобры и магнетической вибрацией своей любви побудил существо выползти наружу. Мастер объяснил змее, что убивать невинных детей — грех, и велел ей больше никогда никого не кусать, а вместо этого учиться любить своих врагов. Под возвышающим влиянием святого змея смиренно пообещала исправиться и соблюдать ненасилие.

Вскоре после этого отшельник покинул деревню, отправившись в годичное паломничество. По возвращении, проходя мимо того холма, он подумал: «Пойду-ка посмотрю, как поживает мой друг змей». Подойдя к норе, где обитала кобра, он с изумлением обнаружил несчастную рептилию лежащей снаружи, полумёртвую, с несколькими гноящимися ранами на спине.

Отшельник спросил: «Здравствуй, господин Змей, что это с тобой приключилось?» Кобра горестно прошептала: «Учитель, вот плод следования твоему учению! Когда я выползал из норы в поисках пищи, занимаясь своими делами, поначалу дети при виде меня разбегались. Но вскоре мальчишки заметили мою покорность и стали швырять в меня камни. Увидев, что я скорее уползу прочь, чем нападу на них, они превратили в забаву попытки забить меня камнями до смерти всякий раз, как я выбирался наружу в поисках пропитания, чтобы утолить голод. Учитель, я много раз уворачивался, но и ударов мне досталось немало, и вот теперь я лежу здесь с этими ужасными ранами на спине, потому что старался любить своих врагов».

Святой нежно погладил кобру, мгновенно исцелив её раны. Затем он с любовью поправил её, сказав: «Глупыш, я велел тебе не кусаться, но почему же ты не шипел?!»

Хотя кротость — добродетель, которую следует взращивать, не нужно отказываться от здравого смысла и становиться половиком, о который другие безнаказанно вытирают ноги своим недостойным поведением. Когда человека провоцируют или несправедливо на него нападают, следует проявить не причиняющую вреда твёрдость в защиту своих справедливых убеждений. Однако даже показного проявления гнева не следует допускать тем, кто склонен выходить из себя и терять самообладание в бурных, насильственных поступках.

Иисус «зашипел» на торговцев и менял, потому что не желал, чтобы дом Божий унижали мирские вибрации купли-продажи и личной наживы. Его слова и действия возвестили людям: «Уберите эту грубую торгашескую суету из храма Божьего, ибо материалистические вибрации совершенно заслоняют тонкое присутствие Господа. В храме Божьем единственным помыслом должно быть обретение не мирской выгоды, а нетленного сокровища Бесконечного».

Тонкий закон магнетизма гласит, что каждый предмет, человек или поступок излучает характерную вибрацию, порождающую определённые мысли в сознании того, кто входит в сферу его влияния. Вибрация свечи или масляной лампады в храме пробуждает мысли о невозмутимом покое или об озарении мудрости — ибо свет есть первое проявление Духа, — тогда как любая форма коммерции, связанная с мирскими товарами, будоражит беспокойство и чувственные желания. Ненавязчивая продажа священных писаний или иных книг, напоминающих о Боге, в храме может не нести отрицательной вибрации, если она предлагается как служение преданным, при условии, что вырученные средства идут на поддержание дома молитвы и его духовных добрых дел. Продажа же прочих товаров в доме Божьем и сбыт вещей ради личной прибыли создают разрушительные вибрации, противные назначению и духовному сознанию святого места.

«Ревность по доме Твоём снедает Меня». Ученики подтвердили слова Иисуса этим изречением из Писания. Пылкое стремление поклоняться Богу, вдохновляемое святилищем, посвящённым Всевышнему, должно быть всепоглощающим, не встречающим соперничества со стороны мирского рвения или вибраций, способных поглотить духовную вибрацию Божьего присутствия.⁵

Изгнание беспокойных мыслей из храма сосредоточенной молитвы

Внутреннее наставление, которое следует извлечь из этого поступка Иисуса в храме, заключается в том, что искренний почитатель Бога должен благоговейно соблюдать закон преданной сосредоточенности. Уделять молитвам лишь поверхностное внимание, одновременно удерживая на заднем плане ума мысли о своих житейских предприятиях — о приобретении и обладании, о планах и делах, — значит произносить имя Господа всуе. Созидательная сила концентрации рождается из сосредоточения ума на чём-то одном в каждый данный момент. «Купля и продажа» — бесконечная деловая суета материальной жизни — должны вершиться на рыночной площади повседневных обязанностей; в храме же молитвы они являются отвлекающим вторжением, точно так же как алтарь и проповедь посреди лавки были бы неуместной помехой законному ведению торговли. Половинчатое, рассеянное блуждание ума во время молитвы не приносит ни отклика от Бога, ни той сфокусированной силы внимания, которая необходима для материального успеха.

Хотя Бог стремится ответить на искренние молитвы Своих детей, Его голос, звучащий в ощущаемом интуицией покое, полностью искажается порождающими беспокойство сделками между чувствами и внешним миром, а также пробуждёнными ими сопутствующими мыслями, требующими к себе внимания.

Господь смиренно удаляется в далёкое безмолвие, когда храм сосредоточенности Его преданного превращается в шумный базар, осквернённый этими наёмниками материального сознания. Интуиция души — внутренний христоподобный наставник и путеводитель возвышенных мыслей и чувств человека — должна прийти и с силой воли взмахнуть бичом духовной дисциплины и самообладания, чтобы изгнать непрошеных гостей. Регулярная практика научных техник медитации полностью сосредоточивает внимание внутри, благословляя храм внутреннего общения безмятежным прекращением чувственной торговли. Тем самым сознание преданного возвращается в святилище тишины — единственное место, где возможно истинное поклонение Богу.⁶

❖ ❖ ❖

Очевидцы в храме воспротивились нападению на торговцев и менял, не желая признавать за Иисусом права вмешиваться в их привычный уклад. Если он пророк, облечённый властью над их человеческими делами, пусть докажет это каким-нибудь чудесным знамением от Бога.

Иисус принял их вызов с неподражаемым благородством и красотой. Он не стал отвечать чудом. Он не чувствовал никакой внутренней потребности убеждать скептиков в своей божественной миссии. Он просто сказал им, что произойдёт в результате его действий, совершаемых во исполнение воли и дела Божьего. Он знал, что величайшим доказательством его божественности станет грядущее событие его распятия, обусловленное законом причины и следствия, вследствие которого Бог совершит чудо из чудес: воскресение и вознесение его тела после распятия, и Отец позволил ему возвестить об этом народу.

Отказ Иисуса сотворить чудо для удовлетворения скептиков

Загадочное изречение Иисуса о воздвижении храма в три дня было, естественно, понято превратно. Как мог Иисус за три дня восстановить Иерусалимский храм, если бы тот был разрушен, когда на его первоначальное строительство потребовалось сорок шесть лет? Однако его слова запечатлелись в памяти учеников, которым впоследствии предстояло осознать, что он говорил о воскрешении храма своего тела после смерти, как о том было сказано в Писании.⁷ Воссоздать телесные атомы в живую форму после того, как смерть собрала свою мрачную дань, по своей чудесности неизмеримо превосходит любое восстановление разрушенного каменного здания, сколь бы мгновенно оно ни было совершено.

Великих мастеров невозможно принудить выставлять чудеса напоказ ради внешнего эффекта, даже когда это кажется целесообразным и невзирая на последствия. Поразительный случай описан в жизнеописании Тегх Бахадура, великого мастера средневековой Индии и почитаемого девятого по счёту гуру сикхской традиции.

Святой славился многочисленными чудесными исцелениями, которые он совершил. Молва об этих дивных делах дошла до императора — тиранического правителя, не терпевшего никакого сопротивления. Он приказал силой доставить гуру ко двору, чтобы обратить его в ислам или же заставить явить свои чудотворные силы. Даже под угрозой «сотвори чудо или умри» Тегх Бахадур оставался непоколебимым.

Наконец, после того как его принудили стать свидетелем варварских пыток и казни нескольких его учеников, гуру передал императору, что исполнит царское требование о чуде. Он повязал себе на шею шнурком листок бумаги, объявив, что этот «талисман» защитит его, чудесным образом отклонив меч палача. Императорскому палачу было предложено немедленно испытать это утверждение на деле. На глазах у потрясённых зрителей отрубленная голова святого упала на пол, а «заговорённая» бумага, развязавшись, легла на мрамор. Когда записку подняли и прочли вслух, открылось подлинное «чудо» Тегх Бахадура: на листке были начертаны слова: «Sir diya, sar na diya» — «Я отдал свою голову, но не тайну своей веры».⁸

Святые не испытывают никакой нужды удовлетворять вызовы неверующих. Преданные, которые со смирением ищут у гуру раскрытия его богореализации, увидят вещи куда более дивные, чем демонстрация феноменальных сил, — как видели ученики Иисуса и как видел я в моём Учителе.

❖ ❖ ❖

На Иисуса мало впечатления производило растущее народное признание, которое ему оказывали вследствие его чудес. Он знал, что в непостоянной эмоциональности толпы слишком мало стойкого отклика, способного поддержать его учение или добавить хотя бы крупицу к его божественным полномочиям. Поэтому он не полагался на людские свидетельства как на мерило успеха. Проповедь его Евангелия двигалась единственно бесконечной силой Божьей.

Слава в лучшем случае — друг лишь в хорошую погоду, чья верность легко охладевает при неблагоприятной перемене ветров общественного мнения. Самые благие намерения человека, если им не достаёт устойчивости мудрости, горестно подвержены изменчивым искажениям ошибочных суждений.

Мастер прекрасно, без всякого предубеждения, знает природу человека. Он способен мгновенно определить главные черты сознания любого человека, лишь взглянув на него. Иисус не полагался на репутацию людей в обществе или на образ, создаваемый их внешностью или манерами, чтобы познать их характер и сокровенные помыслы; он «знал всех» благодаря присущей душе способности мудрой интуиции.

Как мастера читают характер посредством присущей душе способности интуиции

Познания характера человека можно добиваться различными путями. Разные школы психологии способны выявлять определённые типы личности и их выдающиеся черты. В разные времена предлагались и другие методы оценки характера — такие как френология (изучение строения черепа), физиогномика (выведение природы человека путём анализа черт лица и особенностей тела) и патогномика (изучение чувств и эмоций человека по внешним признакам — мимике и телодвижениям, а также по его эмоциональным реакциям на различные события в жизни). Однако все эти методы способны приводить к ложным выводам. Физическая непривлекательность Сократа заставляла некоторых считать его дурным человеком, хотя он был высокоразвитой душой. И напротив, порой пленительно красивый и сладкоречивый мужчина или женщина в сердце своём оказываются коварными людьми. Не внешность, не наружное поведение и не громкая слава служат истинным показателем природы человека, но то, что он представляет собой внутри.

Мастер откликается не на слова людей, а на их мысли, опираясь не на психологические умозаключения, а на живое восприятие их внутреннего «я». Интеллектуальный анализ или выводы рассудка зависят от данных, поставляемых несовершенными органами чувств. Интуиция же есть прямое знание истины, независимое от ненадёжных чувственных данных и умствований низшего разума. Интуитивное восприятие глубже телепатии: даже при телепатической осведомлённости о мыслях и чувствах другого человека можно неверно их истолковать. Мастер же познаёт людей через апперцепцию их сознания, будучи единым с их жизнью.

Видя ограниченную духовную восприимчивость новообращённых толп в Иерусалиме, Иисус не вверял себя им и не открывал всей полноты своей реализации их непонимающим умам.⁹ Его безусловная любовь и благословения в равной мере простирались на всех, даже когда он искал среди масс подлинно искренних искателей — таких как Никодим в последующих стихах.