Заповеди блаженстваПарамаханса Йогананда

Беседа 26Заповеди блаженства

Беседы 26–30 охватывают учения, которые Иисус дал своим ученикам в «Нагорной проповеди», записанной в Евангелии от Матфея, в главах 5–7. Значительная часть этих наставлений также приводится в Евангелии от Луки — либо в «Проповеди на равнине» (Лука 6:17–49, которая содержит около четверти материала, приведённого Матфеем в Нагорной проповеди), либо в иных контекстах. Поскольку Матфей и Лука передают эти учения в тождественных или почти тождественных словах, Нагорная проповедь и параллельные места из Проповеди на равнине рассматриваются в данной серии Бесед совместно. (Примечание издателя)

В огромной неуправляемой толпе остаётся очень мало возможностей для личного обмена духовным магнетизмом между мастером и его учениками. Поэтому во многих случаях Иисус избегал толп, чтобы уделить все своё внимание восприимчивым ученикам, которым он мог передать свою духовность. Обществу равнодушных к душе толп, движимых лишь праздным любопытством, он предпочитал общество даже одной искренне ищущей души.

Во время своего наставления Иисус изливал — как через голос, так и через взгляд — свою божественную жизненную силу и благочестивую вибрацию, распространяя их на учеников, приводя тех в состояние спокойной сонастроенности и намагничивая их, благодаря чему они становились способными воспринять через интуитивное постижение всю полноту его мудрости.

Поэтичные стихи Иисуса, начинающиеся словами «Блаженны…», стали известны как Заповеди блаженства (Beatitudes). Сделать блаженным (beatify) — значит сделать предельно счастливым; само слово «блаженство» (beatitude) означает благословенность, высшую радость небес.¹ Иисус с силой и простотой излагает здесь учение о нравственных и духовных принципах, которое неизменно звучит сквозь века — заветы, благодаря которым жизнь человека становится благословенной, исполненной небесного блаженства.

Блаженство, ведомое тем, кто свободен от материальной привязанности

Слово «нищие» в первой заповеди блаженства означает отсутствие какой-либо внешней, показной роскоши духовного богатства. Обладатели истинной духовности никогда не выставляют её напоказ; напротив, они совершенно естественно проявляют смиренную скудость эго и его тщеславных прикрас. Быть «нищим духом» — значит освободить своё внутреннее существо, свой дух, от желания и привязанности к материальным предметам, земному имуществу, мирским друзьям, эгоистичной человеческой любви. Благодаря этому очищению через внутреннее отречение душа обнаруживает, что она извечно обладала всеми сокровищами Вечного Царства Мудрости и Блаженства, и отныне пребывает в нем в непрестанном общении с Богом и Его святыми.

Нищета «духом» не подразумевает, что человек непременно должен быть нищим материально, дабы лишение основных телесных потребностей не отвлекало его ум от Бога. Но она несомненно означает, что нельзя довольствоваться материальными приобретениями вместо духовного изобилия. Люди, богатые материально, могут оставаться нищими во внутреннем духовном развитии, если богатство пресыщает их чувства; тогда как те, кто «беден» материально по собственному выбору — кто упростил внешние условия своей жизни, чтобы высвободить время для Бога, — обретут духовные богатства и полноту бытия, каких не купишь ни за какую казну золота.

Так Иисус восхвалил те души, которые нищи духом, всецело непривязаны к личным мирским целям и богатству ради искания Бога и служения ближним: «Благословенны вы за вашу нищету. Она откроет врата в Царство вседостаточного Бога, Который избавит вас от материальной и духовной нужды на всю вечность. Блаженны вы, пребывающие в нужде и ищущие Того, Кто один способен навеки восполнить ваши недостатки!»

Когда дух человека мысленно отрекается от желания обладать вещами этого мира, зная, что они иллюзорны, бренны, обманчивы и недостойны души, он начинает находить истинную радость в обретении непреходяще удовлетворяющих качеств души. Смиренно ведя жизнь внешней простоты и внутреннего отречения, погруженный в небесное блаженство и мудрость души, преданный Богу в конечном счёте наследует утраченное царство бессмертной благословенности.

Благословение, приносимое неутолимой тоской по Божественному

Муки скорби, переживаемые обычным человеком, возникают от оплакивания утраты человеческой любви или материальных благ либо от несбывшихся земных надежд. Иисус вовсе не восхвалял это негативное состояние ума, которое затмевает душевное счастье и крайне губительно для сохранения духовного блаженства, добытого упорными усилиями в медитации. Он говорил о той божественной печали, которая рождается из пробуждающегося осознания разлуки с Богом, порождающего в душе неутолимую тоску по воссоединению с Вечным Возлюбленным. Те, кто по-настоящему плачет по Богу, кто непрестанно взывает к Нему со все возрастающим рвением в медитации, обретут утешение в откровении Мудрости-Блаженства, ниспосланном им Богом.²

Духовно нерадивые дети Божии переносят болезненные жизненные потрясения с обиженным, упадническим смирением вместо того, чтобы действенно взывать о Божественной Помощи. Именно мило шалящее дитя, непрерывно плачущее в жажде духовного знания, в конце концов привлекает отклик Божественной Матери. К Своему настойчивому ребёнку Милосердная Мать приходит со Своим утешением мудрости и любви, открываемым через интуицию или через проблеск Её собственного Присутствия. Никакое суррогатное утешение не способно мгновенно утолить скорбь разлуки бесчисленных воплощений.

Те, чей духовный плач утихает от материальных свершений, вновь окажутся в скорби, когда эти хрупкие опоры будут вырваны превратностями жизни или смертью. Но те, кто плачет по Истине и Богу, отказываясь успокоиться от любого меньшего дара, навеки будут утешены в объятиях Блаженного Божества.

«Блаженны вы, взывающие ныне к Богореализации, ибо благодаря этой целеустремлённой тоске вы достигнете цели. В усладе вечно новой радости, обретённой в божественном общении, вы будете смеяться и ликовать во веки веков!»

Смирение и кротость созидают в человеке бездонный сосуд восприимчивости, способный вместить Истину. Гордый, вспыльчивый человек, подобно пресловутому катящемуся камню, катится вниз со склона невежества и не собирает мха мудрости, тогда как кроткие души, пребывающие в покое в долине жаждущей готовности ума, собирают воды мудрости, текущие из источников человеческих и божественных, чтобы питать свою цветущую долину душевных качеств.

Властный эгоист легко раздражается, встаёт в оборону и обидчиво нападает, отталкивая вестников мудрости, ищущих входа в замок его жизни; но кроткие и смиренно восприимчивые привлекают незримую помощь благотворных ангелов космических сил, приносящих материальное, умственное и духовное благополучие. Так кроткие духом наследуют не только всю мудрость, но и землю — то есть земное счастье — вместе с нею.³

Утоление внутреннего голода по Истине

Слова «жажда» и «голод» служат меткой метафорой духовного поиска человека. Прежде всего человек должен испытать жажду теоретического знания о том, как достичь спасения. Утолив эту жажду изучением практического метода действительного соприкосновения с Богом, он может затем насытить свой внутренний голод по Истине, ежедневно вкушая божественную манну духовного восприятия, рождаемого медитацией.

Те, кто ищет успокоения в материальных вещах, обнаруживают, что их жажда желаний никогда не утоляется, а голод не насыщается приобретением имущества. Стремление каждого человека заполнить внутреннюю пустоту — это тяга души к Богу. Её можно утолить лишь осознанием собственного бессмертия и нетленного состояния божественности в единении с Богом. Когда человек неразумно пытается утолить жажду своей души суррогатами чувственного счастья, он мечется от одного мимолётного удовольствия к другому, в конечном счёте отвергая их все как несостоятельные.

Чувственные удовольствия принадлежат телу и низшему уму; они не приносят никакой пищи сокровенному существу человека. Духовный голод, от которого страдают все, кто пытается прожить одними чувственными подношениями, утоляется лишь праведностью — действиями, настроем и качествами, которые правильны для души: добродетелью, духовным поведением, блаженством, бессмертием.

Праведность означает правильное действие в физической, умственной и духовной сферах жизни. Люди, ощущающие великую жажду и голод к исполнению высших обязанностей жизни, получают вечно новое блаженство Бога: «Блаженны вы, жаждущие мудрости и почитающие добродетель и праведность истинной пищей для утоления своего внутреннего голода, ибо вы обретёте то непреходящее счастье, которое приносит лишь верность божественным идеалам — несравненное удовлетворение сердца и души».

Милосердный Иисус явил истинную природу Бога

Милосердие — это своего рода отцовская сердечная боль за несовершенство заблудшего дитяти. Оно является неотъемлемым качеством Божественной Природы. Жизнеописание Иисуса полно рассказов о милосердии, возвышенно явленном в его поступках и личности. В совершенных божественных сынах Божиих мы видим открытым сокровенного трансцендентного Отца таким, каков Он есть. Бог Моисея изображён как Бог гнева (хотя я не верю, что Моисей, который говорил с Богом «лицом к лицу, как бы говорил кто с другом своим»,⁴ когда-либо помышлял о Боге как о мстительном тиране, каким Он представлен в Ветхом Завете). Но Бог Иисуса был столь кроток. Именно эту кротость и милосердие Отца явил Иисус, когда вместо того, чтобы судить и уничтожить врагов, готовых распять его, он просил Отца простить их, «ибо не знают, что делают». С терпеливым сердцем Бога Иисус взирал на человечество как на малых детей, которые не ведают. Если маленький ребёнок берёт нож и ранит вас, вы не захотите убить этого ребёнка в отместку. Он не осознает, что натворил. Когда человек смотрит на человечество так, как любящий отец заботится о своих детях, и готов страдать ради них, чтобы они могли получить хоть немного солнечного света и силы его духа, тогда он становится христоподобным: Богом в действии.

Лишь мудрые могут быть по-настоящему милосердны, ибо божественным прозрением они видят даже в злодеях души — детей Божиих, заслуживающих сочувствия, прощения, помощи и руководства, когда они сбиваются с пути. Милосердие подразумевает способность быть полезным; лишь развитые или зрелые души способны приносить практическую и милосердную пользу. Милосердие выражает себя в действенной пользе, когда отцовская сердечная боль смягчает суровость строгого суда и предлагает не только прощение, но и реальную духовную помощь в искоренении заблуждения в человеке.

Нравственно слабый, но желающий добра человек, грешник (тот, кто преступает против собственного счастья, попирая божественные законы), физически немощный, умственно ущербный, духовно невежественный — все они нуждаются в милосердной помощи со стороны душ, чьё внутреннее развитие позволяет оказать понимающую поддержку. Слова Иисуса призывают преданного Богу: «Чтобы обрести божественную милость, будь милосерден к самому себе, делая себя духовно зрелым, и будь милосерден также к другим заблудшим детям Божиим. Люди, которые непрестанно развивают себя во всех отношениях и которые милосердно чувствуют и восполняют недостаток всестороннего развития в других, несомненно растопят сердце Бога и стяжают для себя Его бесконечное и несравненно действенное милосердие».

Высшим религиозным переживанием является непосредственное восприятие Бога, для чего необходимо очищение сердца. В этом сходятся все священные писания. Бхагавад-гита, бессмертное писание Индии о йоге — науке религии и единения с Богом, — так говорит о блаженстве и божественном восприятии того, кто достиг этого внутреннего очищения:

Йога: очищение внутреннего существа для восприятия Бога

С древнейших времён риши Индии исследовали самую сердцевину истины и подробно изложили её практическое значение для человека. Патанджали, прославленный мудрец науки йоги, начинает свои «Йога-сутры» утверждением: Йога читта вритти ниродха — «Йога (научное единение с Богом) есть нейтрализация видоизменений читты (внутреннего „сердца“, или силы чувства; всеобъемлющий термин для совокупности ментальной субстанции, порождающей разумное сознание)». И разум, и чувство проистекают из этой внутренней способности разумного сознания.

Мой почитаемый гуру, Свами Шри Юктешвар, один из первых в новое время раскрывший единство учений Христа с индийской Санатана Дхармой, глубоко писал о том, что духовная эволюция человека состоит в очищении сердца. От состояния, в котором сознание полностью введено в заблуждение майей («тёмное сердце»), человек последовательно проходит через состояния побуждаемого сердца, устойчивого сердца, преданного сердца и в конечном счёте достигает чистого сердца, в котором, как пишет Шри Юктешварджи, он «становится способным постичь Духовный Свет, Брахму [Дух], Истинную Субстанцию во вселенной».⁶

Бог воспринимается зрением души. Каждая душа в своём изначальном состоянии всеведуща, созерцая Бога или Истину непосредственно через интуицию. И чистый разум, и чистое чувство интуитивны по своей природе; но когда разум ограничивается рассудочностью ума, привязанного к органам чувств, а чувство вырождается в эгоистическую эмоцию, эти инструменты души порождают искажённое восприятие.

Восстановление утраченной ясности божественного зрения — таков смысл этой заповеди блаженства. Блаженство, ведомое тем, кто совершенно чист сердцем, есть не что иное, как то, о чем говорится в Евангелии от Иоанна: «А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими». Каждому преданному, кто принимает и отражает вездесущий Божественный Свет, или Сознание Христа, через очищенную прозрачность сердца и ума, Бог даёт власть вновь обрести блаженство божественного сыновства, как это сделал Иисус.

Прозрачность для Истины взращивается путём освобождения сознания — чувства сердца и разума ума — от дуалистических влияний притяжения и отторжения. Реальность не может точно отразиться в сознании, взволнованном симпатиями и антипатиями с их беспокойными страстями и желаниями и порождаемыми ими бурными эмоциями — гневом, ревностью, жадностью, капризной обидчивостью. Но когда читта — человеческое знание и чувство — успокоена медитацией, обычно взбудораженное эго уступает место благословенному покою душевного восприятия.⁷

Чистота интеллекта даёт человеку способность правильного рассуждения, но чистота сердца дарует ему соприкосновение с Богом. Интеллектуальность — это свойство силы рассудка, тогда как мудрость — освобождающее свойство души. Когда рассудок очищается спокойным различением, он преображается в мудрость. Чистая мудрость и божественное понимание чистого сердца — две стороны одной и той же способности. Поистине, чистота сердца, или чувства, о которой говорил Иисус, зависит от руководства всеми поступками со стороны различающей мудрости — от настройки человеческих взглядов и поведения в согласии со священными качествами души: любовью, милосердием, служением, самообладанием, самодисциплиной, совестью и интуицией. Чистоокое видение мудрости должно сочетаться с незапятнанным чувством сердца. Мудрость открывает праведный путь, а очищенное сердце желает и любит следовать этим путём. Всем открытым мудростью качествам души должно следовать всем сердцем (а не просто интеллектуально или теоретически).

Затуманенное зрение обычного человека распознает грубые оболочки материи, но слепо к всепроникающему Духу. Благодаря совершенному слиянию чистого различения и чистого чувства открывается проницательное око всеоткрывающей интуиции, и преданный обретает истинное восприятие Бога как присутствующего в собственной душе и вездесущего во всех существах — Божественного Обитателя, чья природа есть гармоничное сочетание бесконечной мудрости и бесконечной любви.

Истинный «миротворец»: тот, кто медитирует и следует Христову образу жизни

Истинные миротворцы — те, кто порождает мир благодаря своей благочестивой практике ежедневной медитации. Мир (покой) — это первое проявление отклика Бога в медитации. Те, кто познает Бога как Покой во внутреннем храме безмолвия и кто поклоняется в нем этому Богу-Покою, благодаря этим узам божественного общения являются Его истинными детьми.

Ощутив природу Бога как внутренний покой, преданные желают, чтобы Бог-Покой всегда проявлялся в их доме, в округе, в народе, среди всех наций и рас. Всякий, кто приносит мир в недружную семью, утвердил там Бога. Всякий, кто устраняет непонимание между душами, соединил их в Божием мире. Всякий, кто, отбросив национальную алчность и эгоизм, трудится ради созидания мира среди враждующих народов, утверждает Бога в сердце этих народов. Зачинатели и устроители мира являют объединяющую Христову любовь, которая определяет душу как дитя Божие.

Сознание «сына Божия» заставляет человека испытывать любовь ко всем существам. Те, кто поистине является детьми Божиими, не могут чувствовать никакой разницы между индийцем, американцем или представителем любой иной национальности или расы. На короткое время бессмертные души облачены в белые, чёрные, коричневые, красные или оливковые тела. Разве на людей смотрят как на чужестранцев лишь потому, что они носят разноцветные одежды? Независимо от национальности человека или цвета его тела, все дети Божии суть души. Отец не признает придуманных людьми разделений; Он любит всех, и Его дети должны научиться жить в том же сознании. Когда человек ограничивает своё самоотождествление клановой человеческой природой, это порождает бесконечные беды и призрак войны.

Человеческим существам дана потенциально безграничная сила, дабы доказать, что они действительно дети Божии. На примере таких технологий, как атомная бомба, мы видим, что если человек не будет использовать свои силы правильно, он уничтожит сам себя. Господь мог бы испепелить эту землю в одно мгновение, если бы потерял терпение со Своими заблудшими детьми, но Он этого не делает. И как Он никогда не злоупотребил бы Своим всемогуществом, так и мы, сотворённые по Его образу, должны вести себя подобно богам и покорять сердца силой любви, иначе человечество, каким мы его знаем, неминуемо погибнет. Способность человека вести войну возрастает; столь же должна возрастать и его способность творить мир. Лучшее сдерживающее средство против угрозы войны — это братство, осознание того, что как дети Божии мы составляем единую семью.

Всякий, кто разжигает вражду между братскими народами под маской патриотизма, — предатель своей божественной семьи, неверное дитя Божие. Всякий, кто поддерживает ссоры между членами семьи, соседями или друзьями, распространяя ложь и сплетни, или кто каким-либо образом сеет раздор, — осквернитель Божьего храма гармонии.

Христос и великие души дали рецепт мира внутри каждого человека, между людьми и между народами. Как долго человек жил во тьме непонимания и неведения этих идеалов! Истинный Христов образ жизни способен изгнать человеческие конфликты и ужасы войны и принести мир и взаимопонимание на землю; все предрассудки и вражда должны отпасть. Такова задача, поставленная перед теми, кто желает стать миротворцами Божиими.

Царство радости, заслуженное теми, кто живёт и умирает в праведном поведении

Блаженство Божие посетит те души, которые с невозмутимостью сносят муку несправедливой критики со стороны так называемых друзей, а равно и врагов, за то, что поступают правильно, и которые остаются неподвластными дурным обычаям или вредным привычкам общества. Преданный праведности не уступит общественному давлению и не станет пить спиртное лишь потому, что оказался на приёме, где подают коктейли, даже если другие насмехаются над его неучастием в их удовольствиях. Нравственная прямота приносит кратковременные насмешки, но долговременное ликование, ибо стойкость в самообладании порождает блаженство и совершенство. Вечное царство небесной радости, которой можно наслаждаться в этой жизни и за её пределами, заслужено теми, кто живёт и умирает в праведном поведении.

Мирские люди, предпочитающие чувственные поблажки соприкосновению с Богом, поистине неразумны: пренебрегая тем, что правильно, а значит, благотворно для них, они неизбежно пожнут последствия. Праведный преданный стремится к тому, что благотворно для него в высшем смысле. Тот, кто оставляет бессистемные пути мира и бодро переносит презрение близоруких друзей ради своих идеалов, доказывает, что он достоин нескончаемого блаженства Бога.

Приведённый выше стих также дарует ободрение тем, кого преследуют и терзают чувственные искушения и дурные привычки, когда они твёрдо решили держаться нравственных идеалов и духовных практик. Они поистине праведны, следуя верным путём самообладания и медитации, который со временем одолеет искушения и завоюет царство вечной радости для победителей.

Сколь бы сильны ни были искушения и сколь бы прочны ни были дурные привычки, им можно противостоять с помощью направляемой мудростью силы самообладания и твёрдо держась убеждения, что какое бы удовольствие ни сулило искушение, в конце оно всегда принесёт скорбь. Нерешительные неизбежно становятся лицемерами, оправдывая дурное поведение, пока поддаются козням искушения. Мёд Божий, хотя и запечатанный в тайне, — вот чего поистине жаждет душа. Те, кто медитирует с неустрашимым терпением и настойчивостью, взламывают печать тайны и беспрепятственно вкушают небесный нектар бессмертия.

Небеса — это то состояние трансцендентной, вездесущей радости, куда никогда не смеют ступить печали. Непоколебимой праведностью преданный в конечном счёте достигнет того блаженного счастья, откуда нет падения. Колеблющиеся преданные, не утвердившиеся в медитации, могут соскользнуть с этого горнего счастья; но решительные обретают эту благословенность навечно. Царством Космического Сознания владеет Царь Небесного Блаженства, а также возвышенные души, слившиеся с Ним. Потому и сказано о преданных, соединяющих своё эго с Богом и становящихся едиными с Царём Вселенной: «Их есть Царство Небесное».